Я о уроке и людях, которые его проходят: учителях и учениках. О сорока минутах их жизни, четырнадцать раз по сорок минут, шесть раз по сорок, а иногда и больше каждый день, кроме выходных и каникул. Станут ли эти минуты важной частью жизни, хотя бы интересной, или окажутся скучными?

В детстве школа вызывала смутное чувство принуждения. Жизнь протекала спокойно: общение с подругами, прогулки с собакой, игры в снегу и другие приятные занятия. А потом звонок — и нужно идти на урок: «Здравствуйте, садитесь, откройте тетради, отступите пять клеток»… И начинается: писать крючки по полстраницы, делать алгебраические преобразования, считать валентность. Зачем – совершенно непонятно.

Вторжение в личное пространство и навязывание лишней деятельности раздражают, хочется только избежать этого. Можно сидеть и думать о своем, или при первой возможности покинуть урок, игнорировать, не выполнять домашнее задание, не отвечать, или…, думаю, все это проходили.

Полное исключение принуждения и искусственности урока недостижимо: у него есть заданные внешние рамки, а общество для нормального функционирования нуждается в системе организованного образования, где уроки остаются основным способом её осуществления.

В настоящее время наблюдается новая тенденция: домашнее обучение. Возможно, её причиной является нежелание некоторых родителей, чтобы дети бесцельно проводили время в школе и мечтали о перерыве между уроками.

Вчера был разговор с выпускницей школы.

— Моя Сашенька каждый день ходит в школу со слезами. Когда я говорю ей, что школьные годы — лучшее, что было в моей жизни, она смотрит на меня непонимающим взглядом, полным неверия и недоверия. И только иногда она спрашивает: «мама, как вас учитель называла?». Я не понимая, переспрошу: «в смысле?», а Саша грустно ответит: «нас учитель выкрикивает по фамилии и никогда не называет имена».

Рассказывает также про уроки чтения, когда учитель, уткнувшись в компьютер, кричит: «Замолчите!! Мне некогда! Молча сидите и ждите!» А потом, захлопнув крышку ноутбука: «так, давайте быстро, о чем текст?!». И это – второй класс! Это первая учительница, образ которой должен запомниться на всю жизнь, привить любовь к знаниям.
Грустно..

В рабочее время она оформляет в ноутбуке отчеты и справки. Заниматься этим вне рабочего времени ей не хочется. Администрации школы ее также безразлична, так как ей тоже нужно ежесуточно сдавать тысячи отчетов.

Вот-вот и всё дело. Просто очень расстроилась… Очень переживаю за Сашу, ведь ей не нравится школа. И ужасно её пугает учительница. Планируем перевести в другую на следующий год, но всё равно хочется точно знать куда и к кому.

Родители стремятся ограничить негативное воздействие таких занятий с помощью внешних методов, а педагоги разыскивают внутренние решения для устранения проблемы.

Урок, как форма взаимодействия учитель-ученик, может исчезнуть, но, возможно, преобразится. Важно сейчас сделать его увлекательной частью жизни обоих – учителя и ученика.

Без претензий на новаторство и исключительность, поделюсь собственными выводами.

1. Нужна осознанностьВажно, чтобы смысл нашего присутствия был ясен как педагогу, так и ученику. Лучше бы нам ещё нравилось проводить вместе столь драгоценное время, ведь оно неумолимо течет и невозвратимо.

Как достичь этой осознанности? Если даже некоторые учителя, помимо студентов, не могут ответить на вопрос «Зачем я в школе, чего хочу от своей деятельности?».

Ты начинаешь поиски решений проблемы осознанности, как это делают другие.

Кто знаком с книгами Евгения Николаевича Ильина, знает его приемы: раскрытие урока через деталь, постановку вопросов, которые вызывают недоумение и побуждают взглянуть на привычное под новым углом, демонстрацию того, что урок — это неотъемлемая часть жизни, насыщенная размышлениями и волнующими моментами.

Встречу с этим гениальным человеком никогда не забуду. Сначала я с удовольствием прочитала все его книги, потом с иронией статью о нем в «Огоньке», уж слишком идеальным он там был представлен: каждый урок — событие огромной значимости, каждое слово — концентрация мысли, но такого быть не может. И тут объявление о встрече с ним в Академгородке Новосибирска. С полным решимостью разобраться, кто это на самом деле, я первая вошла в зал.

На сцену вышел человек невысокого роста в синем костюме, напоминающем школьную форму. Брюки были короткими, едва доходили до косточки. Через плечо висел синий мешочек из искусственной кожи с надписью «Спорт». «Ну вот», — хмыкнула я. Это было последнее мое сомнение.

В течение пятнадцати минут он рассказывал, и я увлеклась его рассказом настолько, что хохотала во всё горло, когда он поведал о своем первом году работы, о первом приезде инспектора на урок, о том, как решил сыграть умным и предложил ученикам «как всегда» (на самом деле впервые) прочитать басню по ролям, о том, как дал роль гусеницы отличнице, а слов у гусеницы в басне не было. Я видела, каким мудрым, полным женского сочувствия взглядом смотрела на него та девочка, и как наполнены слезами были ее глаза. Ей жалко было своего учителя в тот унизительный момент его жизни.

2. На этой встрече осознанность дополнилась искренностью, как важной частью жизненного урока. Стремиться казаться умнее, чем ты есть на самом деле, бессмысленно: все равно всё проглядит. Оставайся собой, допускай возможность того, что ученик может быть способнее, чувствовать тоньше, а по твоему предмету даже больше знать. Это хорошо – бодрит и мотивирует, уроку драйва придает.

3. Третьим пунктом в моём списке является активность. Экскурсия в Санкт-Петербург стартует с начала работы над презентацией «Санкт-Петербург глазами ученика».

Сюда же подходят рецензии на фильмы, обсуждение прочитанной книги, выпуск газеты или журнала (шесть лет этим занималась, говорю не понаслышке). Правда, это внеурочная деятельность, но с уроком связана: можно написать репортаж о географии, фотоотчёт с последней парты, «5 главных мыслей, пришедших на уроке физики» и так далее.

Я помню программу, планирование. Всё сказанное мною выше выходит за рамки заданных сверху ограничений, но сейчас речь идёт не об этом. Сейчас важно обсудить, как не растратить попусту 40 минут нашего драгоценного времени и не отобрать их у учеников?

Положительный прием идеи вертикального зачета, благодарность создателям. Старшеклассники проверяют знания учеников поменьше. Одни хотят продемонстрировать себя, а другие стремятся убедить в своей компетенции по теме проверки.

В старших классах изучение истории культуры проходит через конференции с презентациями, где каждый ученик готовит видеоряд, сопровождаемый рассказом, и семинары по обсуждению интересных тем, например, общественной мысли в России с XIX века до наших дней. Получается логически выстроенная серия уроков два раза в четверть, которые непредсказуемы по темам и вызывают споры и вопросы у учеников. Некоторые учителя могут воспринимать это как обычный прием: задание на дом и обсуждение, но важно, чтобы задача была интересна и побуждала к совместной деятельности.

Кульминацией «урока-части-твоей-жизни» становится ученик в роли учителя. Сначала выдающиеся личности выступают на данном уроке, потом каждый желающий получает такую возможность.
Заранее продумывается тема, обсуждаются проблемные моменты, захватывающие элементы, логика изложения.
Напоминается о том, что чужое время не растрачивается впустую, а наполняется смыслом…

Результат бывает разный: превосходно или не очень, «волновался, половину забыл, сказал не то», но обучение состоялось. Ученик изнутри оказался в роли учителя, а учитель другими глазами увидел своего ученика. Остальные участники ещё долго будут обсуждать смену стереотипов, жизнь пополнилась сорока минутным событием.

И этим событием был урок.

Терпеливый человек, дочитавший эту статью до конца, подумает: «Подозрительно смахивает на ФГОСы эта сумбурная писанина». И я согласен с этим. Деятельностный подход и осознанность — это объективная необходимость. Другое дело, кто и как эти идеи внедряет: Министерство сверху через требования заполнять бесконечные бумаги про обученность ученика и его компетенции или сам учитель снизу, потому что видит в этом смысл своей работы.