В каждый июнь я провожу время, пишу очередное эссе о ЕГЭ. Оно стало для многих неисчерпаемой темой, событием общенационального масштаба, влияющим на каждого родителя или педагога. Несмотря на критику со стороны родительской и вузовской общин власти демонстрируют упорство в совершенствовании ЕГЭ. Его дополняют новыми деталями: видеонаблюдение, изъятие мобильных телефонов у участников и экзаменаторов, удаление дверей из школьных туалетов и поиск шпаргалок у девочек в лифчиках и под юбками. Масштабность ЕГЭ как социального явления напоминает старинную притчу о слепых и слоне: когда мимо проходил слон, группа слепых спросила друг друга: «Что такое слон?». Тот, кто коснулся ноги слона, сказал, что это столб, тот, кто бок, – стена, тот, кто хобот, – шланг, а тот, кто хвост, – веревка.
Начнём с ответа на вопрос: что такое ЕГЭ и для чего его создали?
Мнения и оценки ЕГЭ разнообразны из-за разных позиций людей по отношению к нему. 70% равнодушны, так как ЕГЭ их не касается, их мнение формируется услышанной критикой или похвалой в данный момент. Оставшиеся 30% оценивают ЕГЭ по-своему: правительство, чиновники системы образования, школьная и вузовская общественность, администрация и учителя конкретных школ, родители учеников и сами учащиеся, которые прошли или проходят ЕГЭ. Общество в целом остается слепым к ЕГЭ, подобно группе слепых, описывающих слона.
Но давайте пройдемся по списку субъектов ЕГЭ
Какова роль ЕГЭ в работе правительства и Министерства просвещения?
Правительству выгодно поощрять ЕГЭ, хотя реализация его не совпадает с первоначальными замыслами. Сейчас действуют совсем другие нормы, чем задумывалось почти двадцать лет назад.
До появления ЕГЭ выпускник школы писал 6-7 экзаменов в школе для получения аттестата зрелости, а затем ещё несколько экзаменов для поступления в вуз. В конце 1970-х годов для тех, кто имел средний балл в аттестате более 4,5 баллов и набирал не менее 9 баллов за вузовские экзамены, был предусмотрен эксперимент – 2 дополнительных экзамена. В обычные вузы эти экзамены сдавали в августе. В престижные вузы, такие как МГУ, ФИЗТЕХ, творческие вузы и другие, нужно было сдавать ещё 4 экзамена, которые проходили в июле. Выпускники могли попробовать свои силы и там, и сям, получая за лето примерно 12-14 экзаменов, как письменных, так и устных.
Конечно, процветала коррупция и кумовство и в школах, и особенно в вузах, но всё это было каким-то… несерьёзным, наивным с точки зрения нынешних реалий.
В стране происходили капиталистические преобразования, и правительство (с началом Ельцина-Гайдара, а потом Путина-Касьянова) собиралось приватизировать всё образование и сделать его платным. Чтобы оставить возможность учиться талантливым выпускникам из бедных семей, Г.О.Греф, бывший тогда министром экономического развития, предложил идею ГИФО – ваучера, который, в зависимости от оценок за школьные экзамены, обеспечивал государственное софинансирование платного обучения в вузе на 100%, 50% или 30%.
Подобным образом. Однако доверия школьным оценкам из-за коррупции не было, поэтому применили одно из тестов или олимпиад – бланковое тестирование Института Стали и сплавов, разработанное Хлебниковым – и создали на его основе ЕГЭ.
Министерство просвещения, где за ЕГЭ отвечал заместитель министра Виктор Болотов, утверждало, что новые оценки станут объективными. ЕГЭ заменит экзамены по окончании школы и при поступлении во вуз (отсюда и название «единый»).
По мнению ведомства, это позволит бороться с коррупцией в вузах, а также даст возможность школьникам из регионов поступать в столичные вузы без поездок в столицу. Результаты ЕГЭ будут оценивать качество среднего образования в школах.
Практически ничего из задуманного не удалось. О объективности ЕГЭ продолжаем мечтать. Выпускные экзамены в школе отменили, поэтому ученики массово прекратили обучение в старших классах, сосредоточившись на подготовке к ЕГЭ с репетиторами. Коррупция в вузах переместилась на сессии и экзамены. Школьникам из удалённых районов приходится ехать в столицы для подачи документов. На школы никак не влияют оценки выпускников, полученные по ЕГЭ. Разве что морально.
Для правительства ключевым моментом в ЕГЭ стало создание инструмента контроля над вузами и обществом в целом.
Вследствие капиталистических преобразований в стране в 1990-2000-е годы работы стало меньше, заводы закрылись, рабочие оказались не востребованы. Среднее профессиональное образование было нарушено, и почти все школьники пошли в вузы, количество которых увеличилось вдвое. Число мест в вузах превысило число выпускников школ. Вузы нуждались в бюджетном финансировании и расходовали большие суммы денег: выпускаемые ими специалисты не требовались в таком количестве.
Кроме того, вузы представляли собой резервуар молодежи, а также интеллигенции – образованных, умных и критически настроенных людей. В сочетании с самостоятельностью и неуправляемостью вузов (главный орган управления – Ученый Совет) это создавало социально опасную ситуацию.
Придумали, что ЕГЭ – это кран, которым можно в любой момент перекрыть вузам доступ к студентам. Подкинуть задания посложнее и установить проходной балл повыше — всё в руках правительства и министерства. Это помимо аккредитации. Дети и родители думают о том, как сдать ЕГЭ и поступить хоть куда-нибудь на бюджет, одни готовятся, другие зарабатывают деньги, короче, все заняты, никто не протестует.
Правительство изначально крепко держалось за ЕГЭ, но сейчас в стране появилась новая эпоха – сформировался псевдогосударственный псевдокапитализм. Образовались бизнес-структуры, связанные с чиновниками, которые стремятся изымать и распределять бюджетные средства на различные квазисоциальные проекты (и государственные закупки). Новые структуры хотят вытеснить старые, сложившиеся вокруг ЕГЭ, перенаправив финансовые потоки себе.
Проекты, основанные на больших данных, электронных дистанционных школах, фиксации следов учеников и раннем отборе одаренных детей, представляют собой основную угрозу для ЕГЭ. Скорее всего, в конечном итоге эти проекты заменят ЕГЭ чем-то, что покажется нам куда хуже.
Вначале чиновники системы образования считали ЕГЭ инструментом влияния и обогащения, используя утечки материалов и списывание по запросу. Однако, после введения контроля за ходом ЕГЭ и уменьшения масштабов нарушений, чиновничество стало активно выступать против него, считая его источником головной боли, дезорганизации работы и неудобств во время проведения экзамена.
Страх, передающийся от высших органов власти вниз, всё же более ужасен. Конечно, эти должностные лица и представить себе не могут, что могли бы нарушить нормы и указания по организации проведения ЕГЭ в своей области.
Школьная и вузовская общественность, за исключением лиц, получающих доход от репетиторства, крайне негативно оценивает ЕГЭ. Все видят отрицательные последствия экзамена для общего состояния образования, снижение качества подготовки студентов. Читаю статью о том, что даже американцы жалуются на то, что в их магистратуру поступают русские бакалавры, которые стали хуже учиться под влиянием ЕГЭ.
Администрация и учителя школ, участвующих в ЕГЭ, разделяют взгляды учащихся и родителей.
Для родителей детей-участников ЕГЭ эти тесты – настоящий кошмар. Это серьезное испытание родительской любви: любить и поддерживать ребенка, независимо от результатов сдачи экзамена, или психовать, давить на него и контролировать его подготовку? Кроме того, ЕГЭ — это немалые расходы. Поскольку школа к ЕГЭ не готовит, приходится оплачивать услуги репетиторов, которые могут составлять 50 000, 100 000, даже 200 000 рублей. Теневой рынок репетиторских услуг превысил 100 млрд рублей. Но если не сдать ЕГЭ хорошо, даже не добрать 1 балл, придется учиться платно, на коммерческой основе, а это уже намного дороже!
Родители учеников – главная заинтересованная в ЕГЭ группа, поддающаяся легкому управлению и направлению. ЕГЭ проводится для родителей! Это инструмент властей, позволяющий им возложить ответственность за всё дальнейшее развитие ребенка на их плечи. Посмотрите, говорят власти, ваш ребенок не показал хороших результатов на ЕГЭ, так что же вы хотите от нас?
Ему не хватало ума, его слабо контролировали, чтобы он учился более усиленно. Пусть поступает в простой университет по случайному направлению… В результате вчерашний выпускник оказывается заложником случайного выбора будущей профессии. Сначала ему попадается какая-то специальность, а потом уже пытается найти работу, которая ему бы подходила. А это глубокая ошибка! Страна имеет крайне устаревшую систему вузовских специальностей и направлений, так что, окончив университет, в любом случае не получишь знаний для востребованной и высокооплачиваемой работы. Для этого придется еще долго учиться, добирать знания и где-то стажироваться. Либо в зарубежных университетах можно получить подготовку, востребованную на современных рабочих местах.
Параллельные процессы в высшем образовании – переход на бакалавриат, внедрение ФГОС нового поколения – снизили уровень обучения. Преподаватели читают похожие лекции, а где-то их заменяют записями. Смысл престижных вузов не в том, что там учат чему-то особенному, но в среде, где студенты лучше подготовлены и мотивированы, и связях, которые потом оказываются главным капиталом. Вот секрет престижного вуза с высокими баллами – отбор студентов и связи, которые они приобретают!
Чтобы отбор в эти вузы был ещё более жёстким, проводят дополнительные внутриучебные экзамены, помимо ЕГЭ – всё замысле ЕГЭ таким образом оказывается бесполезным.
О выпускниках из сельских школ стоит вопрос: легко ли найти качественных репетиторов в сельской школе? В глубинке — далеко не везде. Возможность хорошо сдать экзамены и поступить в столичные вузы из сельской школы – скорее миф.
Самые большие страдания от ЕГЭ испытывают сами школьники, которым предстоит или которые сейчас его проходят. ЕГЭ – сильный стресс, травмирующий переход во взрослую жизнь и ломающий здоровье и психику многих. Поэтому возникает вопрос: стоит ли это того? Может быть, можно более осмысленно оформить процесс окончания школы?
В последнее время звучат разговоры о том, что многие школьники поступают в техникумы и колледжи, где не нужно сдавать ЕГЭ. Однако мое исследование показывает, что это скорее миф. Учреждения среднего профессионального образования находятся в плачевном состоянии, они переполнены или переведены из крупных городов вследствие реформ 2000-2010 годов.
ЕГЭ – это коллективное массовое безумие, наваждение, общий психоз. Это явление можно отнести к коллективному бессознательному (по Юнгу). ЕГЭ существует потому, что с ним соглашаются прежде всего родители выпускников, сдающих экзамен. Он стал вредной традицией, не решая поставленных задач, кроме как манипулирования и подчинения большого числа школьников и их родителей.
ЕГЭ вскоре исчезнет или претерпит кардинальные изменения. Текущая система больше не устраивает крупные бизнес-группы, олигархию и влиятельные социальные слои общества, так как перестала соответствовать их требованиям к качеству образования.
Стань подписчиком канала Александра Могилева.