Изображения: АГН «Москва». Рисунок: Юлия Замжицкая.
Александр Могилев из издания «Педагогический Совет» анализирует трансформацию взглядов и идей в российском образовании за последние три десятилетия. И рассматривает, какие решения школьное сообщество принимает для преодоления актуальных проблем.
В девяностые годы и начале двухтысячных при написании статей и диссертаций по педагогике часто использовались фразы о необходимости изменений в подходах к обучению из-за социально-экономических преобразований в стране. Речь шла об изменениях неолиберального характера: отказе от курса колмогоровской реформы, проводившейся с конца 1960-х годов. Цель её состояла в совершенствовании подготовки школьников по основам наук – прежде всего естественных (математики, физики, химии, биологии) и политехнической.
По словам Андрея Фурсенко, министра образования того времени, недостатком советской системы образования была попытка воспитания человека-творца, а нынешней задачей является выращивание квалифицированного потребителя, умеющего компетентно использовать результаты творчества других.
В рамках задачи построить в России общество потребления наукоемкую и технологическую продукцию собирались импортировать из западных стран за счёт денег от добываемых у нас природных богатств. Или производить на заводах, принадлежащих западным монополиям.
Сейчас ясно, что это не колониальная модель в рамках мирового разделения труда, а раньше, двадцать-тридцать лет тому назад, это выглядело абсолютно логичным и привычным. Ее реализовывало и поддерживало руководство страны.
Реформа образования проводилась по плану Всемирного банка: сократили учебные часы и упростили учебники по математике и естественным наукам. Убрали трудовое обучение и воспитание. Ввели новые предметы с региональным характером, увеличили часы гуманитарно-эстетического обучения, стимулировали самостоятельную работу.
В настоящий момент перед нами открывается совершенно новая страница истории: государство освободилось от колониальной системы экономики и стремительно движется к независимости и всестороннему благополучию.
В связи с этим, как меняется образовательная сфера?
На этот вопрос нет ответа. Все еще нет, или уже.
Множество деятелей либеральной эпохи занимают свои прежние посты.
Возможно, они изменили тональность своих высказываний, но деятельность, тактика и стратегия остались без изменений. Например, Андрей Фурсенко, бывший министр образования, вводивший ЕГЭ, все еще на посту советника президента.
Бывший министр Ольга Васильева, приверженец консервативных взглядов и представитель церковных интересов, получила должность президента Академии Образования не по правилам и без соблюдения регламента. Теперь она якобы занимается благой деятельностью — созданием словарей русского языка.
Важно осознавать, что работа с переизданием словарей не из дешевых.
Министр образования Сергей Кравцов, ранее известный как ярый сторонник неолиберализма и пробившийся на свой пост благодаря ЕГЭ и разработке контрольных измерительных материалов, быстро сменил амплуа, став консерватором. Он начал переход на единые программы и учебники для школ. Сейчас Кравцов пытается взять под контроль все многомиллиардные финансовые потоки в сфере образования, требуя отчётов о строительстве и ремонте школ со стороны муниципальных властей регионов.
Строят школы, но учителей для них нет. Увеличение мест в педагогических вузах проблемы не решит. Больше студентов вовсе не даст рост числа заинтересованных, ответственных и творческих педагогов. Тем более, что о повышении качества подготовки и контингента речи не идет.
В руководстве постоянно занимаются не тем, как улучшить школу и образование, а поиском путей увеличить поток финансов и удержать его под контролем.
Тем временем образованию удаётся искать ответы на поставленные ему задачи. вновь построенных гигантских школМногие образовательные учреждения остаются недоукомплектованными педагогами, и всё больше детей переходят на… семейное образованиеТакой исход приведёт к непредсказуемым результатам.
В массовом порядке появляются группы «шаговой доступности», коммерческие группы в помещениях жилых зданий. Работают они преимущественно без контроля их методик, исполняя скорее запросы родителей по части новых помещений и небольшого количества детей в группе.
Родители — категория населения, требующая образования и воспитания, как минимум в пределах своих задач по воспитанию детей.
А когда ещё наша школа была иной?
Материалы по теме:
- Образование — не то, чему учат в школах и университетах, а то, что живёт в нас.
- Память о завтрашнем дне, или причины неизбежного неуспеха преобразования системы образования
- А есть ли в России школьное образование?