Картинки: Unsplash. Рисунок: Юлия Замжицкая.
Учителя литературы из города N поделился опытом переживания травли – сначала в школе, а затем в сети. История не яркая (ее герой даже смог относиться к буллингу с юмором), но именно поэтому ценная: педагоги часто сталкиваются с интернет-травлей, даже если понятия «кибербуллинг» им незнакомо. Психолог Инна Ярцева комментирует рассказ.
Недавно я преподавал литературу в православной гимназии, где учились шестые по девятые классы. В своё время я окончил эту гимназию после одиннадцати лет обучения, теперь же мои бывшие преподаватели стали коллегами.
Методы преподавания вызывали частые обсуждения. Мне было 24 года, и не хотелось следовать устаревшим методикам. Родители возражали против необычных заданий (нарисовать комикс по «Дубровскому»), а учителя — против неформального языка («домашечка» вместо «домашняя работа»).
Мои завитые усы, коричневый пиджак и красные кроссовки пугались некоторыми родителями и коллегами.
Инна Ярцева, психолог:
Поклонники знаменитостей всегда будут подвергаться критике. Чем ярче образ публичной персоны, тем больше негативных отзывов. В сети хейтеры более смелы из-за ощущения полной безнаказанности. Борьба с этим явлением неэффективна, но важно заранее определить допустимые формы агрессии и проявления, которые нельзя терпеть. Необходимо решить, как реагировать на них. Понимание этих границ поможет правильно выбирать контент для публикации: какие темы приемлемы для критики, а какие слишком чувствительны.
Стоит отметить, что подобным образом вели себя не все родители и педагоги. Были и те, кто поддерживал меня и радовался моим достижениям в привлечении внимания детей. Претензии эти не особо влияли на мою жизнь до момента публикации поста в одной ныне заблокированной в РФ социальной сети (связь его с работой или школой отсутствовала). Именно тогда накопившиеся ко мне претензии вырвались наружу: они распространились по сети и далеко вышли за пределы школьного сообщества. Меня и мои, якобы, недостатки стали обсуждать не только коллеги и родители, но и совершенно незнакомые мне люди: тролли и «неравнодушные граждане».
Инна Ярцева, психолог:
Кибербуллинг и другие интернет-проблемы часто бывают неожиданностью, потому что люди не всегда воспринимают происходящее в сети всерьез. Добавляет сложности то, что учителя могут не осознавать, что они — публичные личности. Интернет — полноценная коммуникация в обществе. За аватарками сидят реальные люди (хотя далеко не все под своими). Прежде чем рассказывать о своей жизни или позиции в соцсетях, спросите себя: сказали бы вы то же самое, если бы ваши подписчики были перед вами? Готовы ли вы на самом деле с ними делиться этой информацией?
Полностью контролировать всё невозможно. Соблюдение правил информационной гигиены не гарантирует абсолютную защиту персональных данных от утечек в сеть, что не является вашим промахом.
В некоторые моменты насмешки были почти смешны. Я записывал особенно яркие прозвища, которыми награждали «противники» (в память об этом у меня даже остался кастомизированный свитшот с самыми забавными оскорблениями).
- «любитель интернет-мемасиков»,
- «сын священнослужителей»,
- «маргинал из подворотни»,
- бородатый ботаник,
- «антигерой»,
- «соплежуй»,
- «пустозвон»,
- «не супер хороший педагог!».
Мне очень хотелось что-нибудь им сказать, чтобы подшутить или написать что-то вроде «как это вообще меня земля носит!». Но я понимал, что делать этого не стоит.
Инна Ярцева, психолог:
Реагировать на негативные высказывания в сети следует лишь тогда, когда ясно определено: зачем это нужно. Хочется ли доказать что-то этим людям, оправдаться перед ними, переубедить или просто отомстить? Часто после такого анализа потребность отвечать хейтерам исчезает.
Если эмоции вас переполняют, представьте, как поступили бы в реальной жизни. Люди, сталкивающиеся с кибербуллингом, воспринимают это как новую угрозу. На самом деле отношения в сети — продолжение отношений в социуме. Буллинг, оскорбления и шантаж совершают такие же люди, как и вы. Многие из них ошибочно считают, что виртуальная реальность дает им права или качества, которых нет в офлайне. Если вас обижают, пугает или тревожит то, что происходит в сети — вспомните, как справляетесь с этими чувствами в реальной жизни. Те же механизмы защиты помогут и здесь.
Вначале руководством гимназии поддерживалось моё положение. После того как преследования перешли границы школьного сообщества, руководство посчитало, что репутация заведения важнее меня. В итоге меня уволили под давлением родителей, которые не желали, чтобы такой педагог обучал их детей.
Внутри меня бушевала гамра из злости, отвращения и разочарования.
Инна Ярцева, психолог:
Разделите чувство вины и ответственность. Независимо от того, считаете ли вы себя виновным, помните: вина — это чувство, созданное обществом. Человек всегда чувствует себя виноватым перед кем-то: конкретными людьми, обществом или богом. Это чувство разрушительно и не помогает решать проблемы.
Ответственность – это признание факта совершенного действия, которое привело к негативным результатам. Важно осознать, что это действие не определяет личность и не делает вас плохим человеком. Третье – определить меру ответственности: что вы готовы сделать для исправления ситуации, а что нет.
Я не могу сказать, что эта травля сильно меня затронула (если не считать того, что я остался без работы). Старался относиться к ней с юмором и в основном мне это удалось. Через некоторое время планирую вернуться в школу и продолжу работать так же.
Рассказ может быть полезен педагогам, встречающимся с сетевой травлей. О том, как научить детей справляться с подобным, узнайте в онлайн-проекте. «Другие уроки» Эксперты «Учи.ру» проведут круглый стол 15 ноября в 17:30 по Мск для учителей и родителей о защите от кибербуллинга. Будет рассказано о распознавании ситуаций травли, алгоритмах действий в случае травли, способах профилактики сетевой травли и правовых механизмах борьбы с ней.