Иллюстрация: Юлия Замжицкая
Леопольд Антонович Сулержицкий — одна из самых недооцененных фигур русской культуры XX века. Природная скромность, которую замечали друзья, не дала ему широкой известности при жизни. Но вклад в русский театр огромный. Как главный режиссер МХТ, Сулержицкий применял принципы, ставшие основой знаменитой «системы Станиславского». В этом смысле он сам был ее живым воплощением.
Сын переплётчика
Современики дарили Сулержицкому множество прозвищ: «дядю Лепой» и «электрический скат» из-за жизнерадостности и умения заражать энтузиазмом окружающих. Чаще всего его просто называли Сулер.
В 1872 году родился мальчик в Житомире. Отец его был переплетчиком, а мать — акушеркой. В семь лет семья переехала в Киев, где отец запустил свою мастерскую.
Леопольда определили в киевскую гимназию, но учился он не желая. Своим главным «университетом» Сулержицкий считал улицу. В своих воспоминаниях Максим Горький, друживший с Сулержицким, приводит его слова:
«Лучшая академия из всех существующих», — говорил он с юмором, ценным качеством, помогающим ему легко справляться с «огнями, водами и медными трубами». — Улица даёт много, если умеешь брать. Бесстрашию перед жизнью меня учили воробьи…
В гимназии мальчик заинтересовался театром и совместно с приятелями поставил «Гамлета» Уильяма Шекспира. Для представления арендовали помещение. Но премьера прервалась из-за происшествия: актер, исполнявший роль Духа, которого 12-летний режиссер Сулержицкий разместил на ходулях, упал и задел лампу. Разгорелся пожар, зрители быстро покинули зал, кто-то вызвал пожарных. Огонь удалось ликвидировать собственными силами, но отцу Сулера пришлось заплатить пожарным «за беспокойство». Мальчику, получившему от отца выговоры, строго запретили даже думать о театре.
Сулержицкий пренебрег наказ отца: познакомившись с актерами Киевского театра, стал посещать репетиции, помогать за кулисами, ставить декорации и ради этого часто пропускал уроки. Из-за многочисленных прогулов оказался на грани отчисления, но это его не огорчило — творческому мальчику в гимназии было скучно.
Увидев талант сына к искусству, отец отдал его в Киевскую рисовальную школу Н. И. Мурашко. Через три года после начала обучения художники В. Васнецов и М. Врубель, которых пригласили расписывать собор в Киеве, приняли его в помощники. В 1890 году его приняли в Московское училище живописи, ваяния и зодчества (Строгановское училище).
У Сулера началась новая жизнь.
Очарованный странник
Сулержицкий получил от природы много даров: умение рисовать прекрасно, петь, имитировать людей, животных, птиц, предметы. Но его главный талант заключался в способности с первых минут общения очаровывать искренностью, добродушием и внутренним огнём.
В нём было так много выдумки, творчества, движения, что люди невольно тянулись к нему, а он находил общий язык как со благородными, так и с злобными, как с бедняками, так и с богачами.
За короткую жизнь, которой Сулержицкий прожил только 44 года, побывал по всему миру и занимался многими вещами.
Быв доверенным лицом Льва Толстого, с которым познакомство произошел благодаря дружбе с его дочерью Татьяной Львовной, студенткой Училища живописи, ваяния и зодчества, писатель повлиял на судьбу Сулера: увлеченный идеями толстовства, он был исключен из училища за слишком вольные суждения.
После отчисления из университета его призвали в армию. Вдохновленный идеей Толстого о ненасилии, Сулержицкий отказался служить. Его признали невменяемым и заключили в тюрьму. Только просьбы отца и письмо Льва Николаевича, где тот призывал Сулера не портить свою жизнь, заставили его принять присягу.
В качестве наказания Сулержицкого направили на службу в глухой уголок Российской империи — около крепости Кушка на границе с Афганистаном. Его определили в нестроевую команду, где он обучал детей грамоте, помогал в пекарне и выполнял другие мелкие поручения. Несмотря на трудности жизни, Сулер прижился и там, завоевав расположение всех окружающих.
После службы Сулержицкий отправился в путешествие: стал матросом черноморского торгового флота и посетил Японию, Китай, Индию, Сингапур и Турцию. По просьбе Льва Толстого в 1898—1899 годах организовал переселение духоборов — людей, которых считали сектантами за отказ от церковных обрядов. Сулержицкий не только сопровождал пароход с духоборами до Канады, но и какое-то время жил с ними, помогая освоиться на новом месте.
Леопольд Сулер был революционером, занимавшимся нелегальной печатью и распространением запрещенной литературы. Служил санитаром в Маньчжурии. В 1905 году познакомился с труппой МХТ. Основатель театра Константин Станиславский пригласил его в 1906 году стать помощником и главным режиссером.
Сулержицкий и театр
Современники и люди театральной среды того времени считали Сулера настоящим открытием для театра. Его энергия, исключительный жизненный опыт и огромное количество человеческих образов, которых он встретил за годы своих «приключений», соответствовали представлениям Станиславского о том, кто сможет помочь ему в разработке и воплощении принципов его системы.
Станиславский отмечал: «Сулер привёз в театр богатый запас живой духовной силы, собранной прямо из жизни. Он собирал его по всей России, которую проходил от края до края, с котомкой за плечами; по всем морям, которые пересекал неоднократно, по всем странам, побывавшим во время кругосветных и других путешествий».
Сулержицкий, любивший театр с детства, приступил к делу с огромным энтузиазмом: проводил много времени на репетициях, постоянно общался и спорил со Станиславским. Больше всего ценил он обучение актеров новым театральным принципам — как с технической, так и с нравственной стороны. По его мнению, каждый актер обязан «чистить, возвышать человека, блюсти его. И кто может — должен».
В 1912 году Станиславский организовал первую студию МХТ и назначил руководителем её Сулержицкого. Это был камерный театр с уклоном на психологические детали. Именно в первой студии под руководством Сулера окончательно оформились таланты Евгения Вахтангова, Михаила Чехова, Серафимы Бирман, Софьи Гиацинтовой и других молодых актеров.
Сулержицкий считал важной задачей сплочение коллектива. Для этого он предложил создать земледельческую коммуну, где актеры могли бы совмещать творчество с физическим трудом. Для реализации этой идеи Сулержицкий приобрел участок земли под Евпаторией.
Успехи первой студии несомненно связаны с способностью Сулержицкого передать актерам и зрителям подлинное значение искусства. «Он умел смотреть и видеть в театре! — говорил Станиславский. — А это непросто, ведь для этого необходимо обладать острым взглядом души».
«Чистое дитя божье»
Сулер ладил не только со взрослыми — детей безусловно любили. С ними всегда охотно и с удовольствием играл. Игры, что сочинял Сулержицкий для сына Дмитрия и его приятелей, больше напоминали представления.
Вадим Шверубович, сын актера МХТ Василия Качалова, рассказывал, что все лето Сулер играл с ними в одну бесконечную игру о мореплавателях. С детьми отправился в дальнее плавание, ночевал с ними в «вигваме» у костра, поднимал со дна сундук с сокровищами, боролся с акулой.
Взрослые испортили игру. Сначала волновались за нас: о том, что утонем, простудимся, обожжемся на костре во время охотничьего танца племени дакотов, ударимся при прыжке с обрыва или т.д.; во-вторых, еще больше портили игру тем, что не верили в нее. Для ребенка самое страшное — когда кто-то рядом не верит в его «как будто бы». Сулер верил — не притворялся. Мы знали, что дядя Лёпа, Сулер, играя с нами, верит в то, во что мы верим.
Чистоту и жадность к восприятию мира, свойственные детству, Сулержицкий сохранил несмотря на жизненные испытания.
Антон Павлович Чехов окрестил его «мудрым ребёнком», Станиславский считал, что Сулер был «юным душой», а Лев Толстой, наблюдая за Сулержицким во время визита в поселок Гаспра (Крым), заметил:
«Будьте как дети», — я это осознавал умом, но никогда не испытывал – как может взрослый, многое проживавший человек быть ребёнком? Но глядя на Сулеру, чувствую: возможно!
Леопольд Сулержицкий скончался в декабре 1916 года от острого нефрита. На похоронах выступал Константин Сергеевич Станиславский, который чётко обозначил важность фигуры своего друга.
Не подозревая об этом, Сулер стал наставником молодых людей. Эта обязанность стоила ему многих сил и нервов, и я верю, что студия и Художественный театр многое обязаны нравственному, этическому и художественному воздействию Сулера.
С 2012 года Ежегодную Конференцию по педагогике искусства, проводимую в МГПУ, носят имя Леопольда Сулержицкого. В этом году мероприятие состоится 25. —27 ноября. Для просмотра материалов конференции на YouTube доступна регистрация. ссылке.