Фотографии: Depositphotos. Иллюстрации: Юлия Замжицкая.
13 декабря Владислав Струженков, ученик Серпуховской православной классической гимназии во имя преподобного Варлаама Серпуховского, взорвал у входа самодельное взрывное устройство. 11 человек, включая подрывника, получили ранения различной степени тяжести. В сети появились сообщения о том, что школьник подвергался буллингу со стороны учителей, а также откровения бывших учеников о строгих порядках и правилах гимназии. Педсовет попытался разобраться в организации этой школы и наличии изъянов в образовании с православным уклоном.
Что представляет собой гимназия и её ученики?
По данным серпуховского издания «Ока.фм»Гимназия действует с 2001 года на территории Введенского Владычного женского монастыря. Ее учредительницей является настоятельница монастыря игуменья Алексия. В гимназии можно получить среднее общее образование, отвечающее ФГОС. Кроме того, дети изучают Закон Божий, православный катехизис, историю Церкви и другие предметы, связанные с православной культурой.
В одном из отзывов о гимназии в группе ВКонтакте «Подслушано Серпухов» Серпуховчанин Дмитрий Козырев утверждает, что в школе учатся юноши и девушки, изучают обычную программу, а также основы православия. Ученики обучаются в небольших классах до пятнадцати человек. Молятся по утрам и перед едой, посещают храм на праздниках, а в остальное время школа, как и любая другая. «Если что-то пойдёт не так, выгонят», — пишет Дмитрий.
В Яндексе можно найти 11 отзывов о гимназии — Больше половины отзывов положительные, некоторые даже восторженные. Родители отмечают уютную обстановку, прекрасных учителей и индивидуальный подход к каждому ребенку.
Религиозный деятель Андрей Кураев отмечаетВ гимназии обучение платное. Для поступления во 1 класс необходимо сдать экзамены. Оплата принимается в форме добровольного пожертвования.
Почему в школе случился взрыв
Владислав Струженков, совершивший взрыв, пребывает в реанимации. по данным «Ока.фм»Молодой человек немного пришел в себя и сообщил сотрудникам правоохранительных органов о длительном чувстве ненависти к окружающему миру и желании совершить убийство.
При этом, по данным BBCСтруженков переживал буллинг со стороны учителей в школе. Ненависть к монахиням и педагогам привела его к преступлению. Одноклассники утверждают, что Струженков был тихим и нелюдимым, учителя же демонстрировали к нему негативное отношение: ставили низкие оценки, делали необоснованные замечания и выговоры.
13 декабря на Яндексе появился негативный отзыв о школеНастя Быкова заявила, что в этой школе «педагогический буллинг, еда ужасна, отношение к ученикам тоже, надеюсь, закроют это адское место», через несколько часов уточнив, что отзыв написал кто-то с её аккаунта, удалять его не решив.
После трагедии часть негативных отзывов появилась позже. Например, 14 декабря Ольга О. написала, что её дети учились в гимназии, и лично учителя чуть не довели её до нервного срыва: очень много претензий, требований, всё построено на правилах, а не на сердечном отношении.
При этом участники группы «Подслушано в Серпухове» Обвинения звучат так: в гимназии допускается меньше свободы действий, чем в других школах, где разрешается употребление алкоголя, курение, нецензурная лексика, окрашивание волос по желанию и грубое обращение с учителями.
Очевидно, что правила поведения в гимназии Ограничения были строже указанных. Детям запрещалось смеяться, шутить, пользоваться тетрадями с яркими обложками. Применялись различные принудительные методы. Даже священник Илья Соловьев… считает их странными и непонятными:
Зачем детям запрещают шутить? Почему для дневников и учебников недопустимы яркие обложки? Какой тут грех? Не должны ли в образовании присутствовать разные оттенки, а не только серое? Зачем начинать каждый урок с молитвы и заканчивать ею же каждый урок? Не достаточно ли одной молитвы перед началом первого урока и окончания последнего? Зачем «общегимназические мероприятия» обязательны для всех? Не лучше ли сделать их такими, чтобы ученики приходили на них с интересом, а не в силу принуждения? Кстати, количество добровольно пришедших учеников покажет насколько вообще нужны и полезны эти мероприятия.
Священнику неясно, нужно ли в гимназии на трапезе проводить «уставное чтение», поскольку гимназия не является монастырём.
Всегда ли такое чтение уместно? Вспомню, как в одной обители во время еды читали отрывки из дневника известного дореволюционного священника, описывающего местами состояние собственного желудка… Чтение не возбуждало аппетита.
Андрей Кураев замечаетПолагают, что человек, разрушивший сооружение, посещал кружок чтений акафиста вместе со школьниками шестого класса. Мнение таково, что не следовало принуждать подростка, уже достигшего зрелости, петь церковные гимны.
Кружок акафиста для юноши семнадцати лет! Несомненно, настоящая школа жизни и борьбы за существование. Вероятно, ему ещё приходилось посещать кружок вышивания митр.
Какие трудности возникают в сфере православного образования?
Вслед за событиями в Серпухове священнослужители и преподаватели задумались о целесообразности обучения детей в таких гимназиях и о приобретаемых ими знаниях.
Протоиерей Павел Великанов считает, Православное образование не является универсальным средством борьбы с бездуховием и не способно исправить поведение сложных детей.
Времени пришло перестать считать православие всеобщим средством, используемым для любых задач. Не решим никаких проблем перевод подростка, травмированного семейными обстоятельствами, в православную гимназию. Сколько можно воспринимать веру как магический предмет, который поможет решить любую проблему, просто набросив его на нее?
Андрей Кураев идет дальше и заявляетКураев считает, что православной педагогики как таковой нет, потому что традиционное общество не признаёт существования подростков.
Как только у девочки наступало половое созревание, ее отправляли в замужество. Как только у мальчика отец замечал первые признаки юношеской тревоги, его женили. В традиционном обществе в 25 лет можно было стать бабушкой, то есть увидеть детей своих детей. Только модерн, продлив время социального детства до почти 25 лет, создал и заметил эту проблему, порожденную расхождением физиологического и социального возраста.
Религиозный деятель считает, что в учебниках традиционных обществ нет рецептов для современной педагогики. По этой причине монастырские школы – это пространство экспериментов над детьми. «Эти эксперименты проводят люди, которые боятся детей, и свой страх маскируют жесткими запретами и требованиями», – говорит Кураев.
Руководитель Московской медиашколы Андрей Сорокин. замечаетПравославные гимназии выполняют важную миссию, но педагогам необходимо учиться общению с подростками. По мнению эксперта, православные школы часто отдалены от реальности. В одной из московских православных гимназий он проводил лекцию об информационной безопасности, где детям по их словам нельзя говорить о социальных сетях и рассказывать о наличии аккаунтов.
Пришла моя очередь удивляться. Как так? «Два мира, два Шапиро», — шутили в моем советском детстве. Один мир — благостная атмосфера гимназии, переднички, чёлочки, «спаси Бог», «благо дарю», тишина, не бегать, чинно, достойно. А другой — мир обычных подростков: социальные сети, компьютерные игры, ТикТок (ну, куда же без него), Инста и прочие радости современных технологий.
Как рассказывает Сорокин, в гимназии, под иконами, никто не считал нужным говорить с детьми об их жизни в Сети, об их увлечениях, о том, что волнует, что беспокоит, что страшит. То есть, об внегимназической жизни с детьми никто не разговаривал.
Введен строгий распорядок: утреннее правило, благословение, уроки. Нельзя носить яркую одежду, говорить громко, смеяться и смотреть в глаза. Взрослые играют в свои игры в гимназии, дети – выйдя из нее. Всё это, мне кажется, далеко от братства и сестринства, от радости во Христе и света Православия, о котором мы так часто говорим. Ведь Христос призывал не к лицемерию, пронзившим нас до последней скрепки, а к любви, которой всем не хватает. Еще грустнее, что ее не хватает в учебном заведении под названием «православная гимназия».
Сорокин считает, что детей, даже учащихся православных школ, не следует ограждать от действительности и нужно обсуждать с ними различные вопросы.
О Боге, о интернете, о гормонах, о политике, о православии, о музыке, о бизнесе, о жизни. Разговаривать, чтобы смеялись, думали, радовались и смотрели в глаза. Чтобы доверяли и жили вместе с нами одной жизнью здесь и сейчас, а не за воротами гимназии после уроков.